Сергей Худиев

Вы просто зомбированы пропагандой

Одна из фраз, которые постоянно можно видеть в сети – «они (те, кто со мной не согласен) просто зомбированы пропагандой». Проблема в том, что человек никогда не считает зомбированным себя – только своих оппонентов. Пропаганда – это то, чем по определению занимаются люди, которые мне не нравятся, та сторона, которую я не поддерживаю. Та сторона, которой я симпатизирую, напротив, разоблачает пропаганду и открывает истину.
Часто можно наблюдать раздражённые перепалки, где каждая из сторон уверена в зомбированности другой – и разговор, мягко говоря, не клеится. Но можем ли мы выделить некие объективные, обобщающие признаки пропагандистского воздействия?
В целом – да; хотя это потребует, с самого начала, неприятного признания. Пропагандой занимаются все – в том числе и «моя» сторона. Так устроен этот падший мир, и попытки поделить его на негодяев и святых по признаку политических симпатий не работают. Итак, рассмотрим признаки поражения пропагандой по порядку.
Раз…
Первый признак – эмоциональная взвинченность, в которой присутствует пафос (как правило) и праведный гнев (обязательно). Первый признак воздействия пропаганды – это праведный гнев. Много праведного гнева, справедливого негодования честных людей на негодяев, выродков и извергов.
Этот гнев далёк от простого раздражения, за которое нам самим может быть неловко; он праведен, он полыхает огнём истины, как меч Архангела, он пронизан ясным, несгибаемым ощущением своей однозначной нравственной правоты. Отсутствие этого праведного негодования воспринимается как цинизм, преступное равнодушие к вопросам добра и зла, дезертирство с великой битвы жизни.
Это наших врагов душит бесовская злоба, а у нас – праведный гнев; правда, со стороны то и другое оказывается трудноразличимым. Одно из проявлений этого гнева в сети – презрительная ирония; оппоненты настолько находятся вне пространства диалога, что единственная возможная реакция на их слова и действия – это язвительная насмешка.
Два…
Второй признак – этическая однозначность и интерпретация любого конфликта как этического, как космической битвы добра и зла. Это не конфликт между двумя группами грешников, и тем более не раздел зон влияния между двумя группами макиавеллистов – это столкновение ангелов и бесов, в котором распропагандированный человек занимает, естественно, сторону ангелов.
Аналитика говорит об интересах и возможностях сторон; пропаганда говорит о высших ценностях и исторической правоте. Это разделение исходит из того, что для тех, кто принимает решения, люди, погибающие в ходе конфликта – просто один из расходуемых ресурсов; однако у каждого из рядовых жизнь только одна, и его нужно уверить, что он отдаёт её за дело, которое безусловно стоит этого.
Три…
Третий признак, связанный со вторым – это крайняя этическая поляризация участников. Оппоненты не просто неправы – они являются воплощением чистого зла. Отсюда огромная популярность сравнений с Гитлером, Третьим рейхом и войной с нацизмом. Гитлер был недоговороспособным злом, все попытки договориться с ним «по-хорошему», прийти к каким-то компромиссам ни к чему не привели. Всё, что можно было сделать (и в итоге пришлось делать) – это вести тотальную войну до полного сокрушения неприятеля и его безоговорочной капитуляции.
Тот, кто говорит о компромиссном мире – дурак или предатель, война должна вестись только до победного конца. Борьба имеет эсхатологическое, библейское измерение – для распропагандированного христианина (увы, бывает и такое) совершенно очевидно, на чьей стороне Господь Бог, и дело той стороны, которую он поддерживает, сливается с делом Божиим до полной неразличимости, так что все, кто не поддерживает его, по определению являются богопротивниками. Появляются видения, откровения и пророчества, которые должны, от имени Божьего, ободрить наших в борьбе с гадами.
Четыре…
Четвёртый признак – хотя часто именно он бросается в глаза первым – распропагандированный человек уверен, что все, кто не разделяет его взгляда на ситуацию, зомбированы пропагандой, только вражеской. Поскольку пропагандистская картина мира является кристально, пронзительно ясной – вот наши, вот гады, и в этом не может быть никаких сомнений – любой честный и разумный человек должен безоговорочно принимать эту картину.
Если он почему-то не принимает, этому может быть два объяснения. Первое – это нечестность. Он прекрасно понимает, что мы то правы, но не присоединяется к нам, потому что его подкупили враги. «Ты скажи-ка, гадина, сколько тебе дадено». Второе – это помраченность гипнотической вражеской пропагандой. Иногда (впрочем, не так уж и часто) эта помраченность связана ещё и с генетическими дефектами тех, кто не понимает нашей правоты.
Пять. Кто не спрятался – я не виноват
Пятый признак – дегуманизация несогласных. Поскольку всякий, кто имеет хоть каплю разума и совести, горячо поддерживает наше правое дело – ведь это ослепительно, как день, ясно, что оно правое – все, кто его не поддерживает, законченные дураки и негодяи, вести с которыми диалог бессмысленно. Их надо принудительно лечить, или изгнать, или ещё что-нибудь с ними сделать – но только не разговаривать с ними как с людьми, имеющими право голоса.
Бог не за наших и не за гадов
Как можно выйти из-под воздействия пропаганды? Прежде всего, признать, что я подобен другим людям. Их можно распропагандировать, и меня тоже. Если они – зомбированные пропагандой идиоты, то и мне ничего не мешает в такового превратиться. Я не принадлежу к другому биологическому виду, у меня – как и у них – нет врождённого иммунитета. Если я испытываю праведный гнев – значит, кто-то хочет, чтобы я его испытывал. Если я размахиваю мечом Архангела, значит, кто-то незаметно вложил мне этот меч в руку. И, скорее всего, на самом деле этот меч – вовсе не Архангела, а кого-то другого. Надо отказаться от гнева, особенно праведного.
Далее, необходимо признать право других людей быть выслушанными – считать, что оппоненты суть идиоты, зомбированные пропагандой, есть признак, как раз, идиота, зомбированного пропагандой. Необходимо признать неизбежную односторонность – и, значит, относительность – своего взгляда на мир. Наше видение ситуации неизбежно субъективно, оно отражает не правду с большой буквы П, а наши личные или коллективные предпочтения. Это видение складывается из истинных фактов, ложных фактов, которые, однако, стали истинными в массовом восприятии, интерпретаций, переживаний – и всё это нанизывается на определённый объединяющий сюжет. Надо признать, что этот сюжет – один из сюжетов, эта картина происходящего – одна из возможных картин, другие люди могут придерживаться другой, и к этому надо относиться спокойно.
Наконец – это, наверное, самое важное – признать свою абсолютную лояльность не одной из конфликтующих сторон, а Богу. Бог не за наших и не за гадов. Бог есть Господь, а не чей-то союзник, пытаться завербовать Его на службу нашему Великому Правому Делу – значит употреблять Его имя напрасно. Одно из важных духовных открытий, которые стоит сделать – это то, что мнение Господа Бога, скорее всего, не совпадает с моим и мнением круга моих друзей. Вполне вероятно, Он хочет от меня чего-то другого. И вот воли Божией и следует искать – спокойно, упорно и серьёзно.