«Секта для многих что-то вроде психологического самоубийства…»

Психолог Ростислав Прокопишин, научный сотрудник Центра экстремальной психологии Психологического института Российской академии образования, с 1996 по 2000 год работал в составе научной группы, проводившей экспертизу материалов уголовного дела японской секты Аум Синрике. Это была одна из первых удачных попыток использовать современные достижения научной психологии в расследовании деятельности религиозных фанатиков-террористов. О результатах этой работы он рассказал корреспонденту "РГ".
РГ: Почему люди попадают в секты?
Прокопишин: Люди, которые попадают в секты, как правило, находятся в состоянии глобального социального или личного неблагополучия. Им реально плохо. Они не справляются с жизненной ситуацией, не знают, куда им деваться от неразрешимых проблем. И когда им предоставляют психологическую иллюзию избавления от жизненной катастрофы, хватаются за неё.
Современный мир невероятно усложнился, и не все люди могут вынести нагрузки, которые сваливаются на них. Мы ведь даже не ставим вопрос: легко ли человеку разобраться, например, в хитросплетениях современных законов, в которых и адвокаты-то не все разбираются. И в мобильнике или компьютере кто-то видит дьявола, в том числе и потому, что не может с ним справиться чисто технически.
Социальное пространство слишком сложно организовано, запутано. Человеку нужны более простая картина мира, чёткие социальные ориентиры: твёрдое представление о том, что будет завтра, какие планы у властей, чего ждать. Есть люди, которые привыкли жить в запутанном и все время опасном мире. Но не все выдерживают, не все склонны к риску. У многих рождается ощущение: что бы я ни делал, все кончится плохо. Как ни напрягайся - денег не заработаешь, дома не построишь, достатка не приобретёшь. Все невозможно. Такой мир пугает. А секта для таких людей - что-то вроде психологического наркотика или самоубийства. Они "выходят в окно" из этой невозможной ситуации в другой, иллюзорный мир.
РГ: Какого типа люди попадают в секты?
Прокопишин: Людей, попавших в секты, можно подразделить на несколько групп. Первая - те, кто попал в социальную или личную катастрофу и не справился с ситуацией. Вторая - те, кто находится на грани болезни или имеет признаки психического расстройства. Третья - результат неправильного воспитания, как правило, авторитарного стиля отношений в семье, когда принцип "шаг влево, шаг вправо - наказание" формирует зависимую от родителей личность. Четвертая группа - люди, которые в силу разных причин остались на всю жизнь детьми. Человеку может быть и пятьдесят, но он думает и ведёт себя, как ребёнок. Таких легко обмануть, их как детей заманивают яркостями, фантазиями, красочными сказками.
Но все эти такие разные люди, побыв в секте, отрываются от обычной жизни. У них меняются речь, мышление, эмоции, память о своём прошлом и, наконец, сама личность. Такой человек может жить только в секте. У нас были примеры, когда мы людям помогали уйти из сект, а они не могли самостоятельно дойти до поликлиники, обратиться к врачу, заполнить бумаги в ДЕЗе, заплатить за квартиру.
РГ: Какие ошибки совершают те, у кого не получается помочь человеку выйти из секты?
Прокопишин: Первая ошибка, которую обычно совершают, пытаясь вывести человека из секты, сразу говорят ему: ты неправ. Тогда как нужный первый шаг - восстановление человеческих отношений. Надо проявить искреннюю заинтересованность в человеке - а это немалый труд и нагрузка. Спросить: что тебе даёт секта? В ответ услышать книжный текст, но продолжать докапываться: а тебе-то лично что она даёт? Потом наступает время восстанавливать контакт с родственниками, и следует целая цепочка психологической помощи, от возвращения нормального языка до похода в цирк.
РГ: Какова доля успеха в такой работе?
Прокопишин: По прошествии пяти лет у нас был позитивный результат в пятидесяти процентах случаев. Это очень много, на фоне четырёх-шести процентов самореабилитирующихся... Мы помогали выйти из групп фанатиков саентологии, дианетики, от кришнаитов, мошеннических тренингов... Однажды большая восточная семья, человек десять, привезла к нам своего родственника, попавшего к Виссариону.
Но с сектами, как и с наркоманией, предпочтительнее предупреждающая работа. Если это люди, уставшие от постоянной встряски, избегающие изменений, дайте им уверенность в своих силах и стабильность. Нам нужна общая нормализация человеческой жизни. Люди должны иметь работу, хорошую и доступную медицинскую помощь, возможность заработать на образование, еду, одежду.

Елена Яковлева. Кто поможет выйти на свет из пензенского оврага? // Российская газета - Федеральный выпуск №4563